Информационный портал Беларуси "МойBY" - только самые свежие и самые актуальные белорусские новости

Белорус строит под Минском «деревню будущего»

23.02.2018 общество
Белорус строит под Минском «деревню будущего»

Поселение из родовых поместий возникло на окраине Налибокской пущи.

«Когда жить в городе уже не в кайф, но и в деревню ехать не хочется, приходится пробиваться сквозь измерения и улетать куда-то совсем далеко. Например, за 50 километров от Минска, где как раз есть такое далекое от наших реалий местечко. Там все не такие, как везде. Там все вверх дном, кувырком и поперек. Там не город и не деревня — что-то третье, пока не слишком понятное. Залетному горожанину непросто проникнуться этим местом, но попробовать все же можно: как-никак, побывать в параллельном мире удается нечасто», - говорится в репортаже журналистов onliner.by.

«Кольцо из холмов, лесов и полей. Больших деревень рядом нет, машин не слышно, хотя дорога почищена. От знака «Петрусовщина» редким пульсом пробиваются ухоженные дома. Постройки не деревенские, но и не золотые пристоличные дворцы — простые аккуратные домишки.

К дороге выходит высокий человек с прической Курта Кобейна и ухоженной бородой, в теплых валенках и шапке с помпоном.

— Сейчас расскажу, как секс, наркотики и рок-н-ролл превратились в тихую деревенскую жизнь, вегетарианство и любовь к природе. Вот такие метаморфозы. Но я нормальный! Хотя раньше и сам бы сумасшедшим назвал, — Владимир бодро шагает по поселку с прилипшим к ноге котом и рассказывает о здешней жизни.

В Росы он переселился около пяти лет назад. Кроме него, круглый год здесь обитает еще семей двадцать. Это самое крупное в Беларуси поселение родовых поместий, созданное на окраине Налибокской пущи.

Сегодня подобных мест довольно много в стране. В некоторых люди живут круглый год, другие только-только организовываются и оживают исключительно в теплый сезон. В целом ничего сверхъестественного здесь не увидишь, разве что народ в таких местах живет совершенно другими ценностями.

Сложно сказать наверняка, что объединяет этих людей. Одни говорят, что единственное условие проживания в поселениях родовых поместий — это любовь к природной чистоте. Другие убеждены: селятся здесь исключительно последователи неоднозначного течения или просто секты, название которой мы оглашать не станем. Один из местных жителей, Егор, попытался разубедить нас в правдивости последней теории.

— Своеобразные люди действительно селятся в родовых поместьях, несколько человек есть и в нашем поселении, но такие далеко не все! Мы и сами крайне осторожны с ними и стараемся контактировать только по мере крайней необходимости. Мы давно пытаемся донести, что в основной массе здесь живут совершенно нормальные ребята с правильными ценностями. Надеюсь, со временем этот стереотип уйдет, — рассказывал мужчина в телефонном разговоре.

Того же мнения придерживается и наш провожатый Владимир. Он уверяет, что объединяют их исключительно свободолюбие и желание хорошо жить.

— Многие не понимают, как молодые здоровые ребята могут сидеть в деревнях, когда вся жизнь — в городе. Нас называют помешавшимися, сектантами, вот только объяснить свои слова не могут. Если ты упарываешься наркотой и бухаешь круглыми сутками — ты обычный парень, а вот если от мяса отказываешься и пытаешься жить в окружении природы — сектант? Мне так не кажется.

На самом деле здесь живут очень разные люди, у нас не все вегетарианцы и сыроеды. Кто-то и мясо ест, и выпить может, кто-то дом из глины и соломы строит, а кто-то просто на рынке стройматериалы покупает. Для нас все это не важно, у каждого своя жизнь.

Вероятно, правда где-то посередине. Кто-то из местных верит в мистическую дамочку, разгуливающую голышом по тайге в поисках волшебных деревьев и чудодейственных трав, другие просто ищут здоровой обстановки для себя и своих детей. Во всяком случае, ничего необычного в поведении встречавшихся здесь людей нами замечено не было.

На перекрестке видим несколько автомобилей и с десяток людей в спортивной одежде.

— О, наша секта на волейбол собирается, — иронизирует Владимир и машет соседям рукой. — Привет, сектанты!

— Hello, Володя!

— Расскажите журналистам, как мы тут живем!

— Не-е-е, no comments, сам давай, — улыбаются парни и заводят машину.

— У нас все ребята активные, все чем-то занимаются: кто-то работает удаленно (интернет выручает), кто-то ремеслом промышляет, кто-то свадьбы и корпоративы ведет, а некоторые каждый день на работу в Минск ездят. Это, конечно, тяжеловато, но на природе быстро восстанавливаешься, главное, домой доползти.

Дети у нас воспитанные, мы с ними занимаемся, учим английский. Каждое утро автобус отвозит их в школу, а потом привозит обратно. Мы давно мечтаем свою школу построить, но пока это только планы.

Владимир ведет по поселку и рассказывает о здешних домах и их обитателях. Многие коттеджи построены из соломенных блоков, сруба и других экоматериалов.

Есть в поселке даже полноценный саманный дом, возведенный по древней технологии из соломы и глины. Правда, снаружи он выглядит совершенно привычно: увидеть всю прелесть необычного для Беларуси строения не позволяет деревянная обшивка.

— Я думаю, когда-нибудь так будет выглядеть каждая белорусская деревня, и это здорово. Пока жить в обычном селе совершенно некомфортно. Там не оставишь открытой дверь, потому что местные алкаши тут же вынесут все, что не прибито к полу. Там не позволишь себе большой участок, не поселишься рядом с такими же инициативными людьми, близкими по духу. Наверное, наше поселение — это и есть деревня будущего, которая должна послужить примером другим.

Раньше Владимир жил в обычной минской квартире, потом переехал в собственный дом в Колодищах, а когда и его стало не хватать, вырвался еще дальше от города. Он уверен, что жизнь в коттедже за МКАД мало чем отличается от страданий в панельке: все равно стесняет.

Сейчас Владимиру 44 года. Если бы он был военным, через год ушел бы на заслуженный отдых. Вот как, оказывается, может выглядеть человек предпенсионного возраста:

Резкую смену образа жизни мужчина объясняет просто: приходил конец.

— К 29 годам у меня начались серьезные проблемы со здоровьем: мотор реально начал останавливаться. Молодость была чересчур бурной: мотоциклы, бухло, наркотики и рок-н-ролл. Мы начинали пить в четверг и кое-как отходили только к воскресенью. И так каждую неделю. Однажды мы по пьяни в прямом смысле добрались до Кипра без копейки в кармане. Как, зачем и почему, помню смутно. Тогда я понял, что пора прекращать и как-то менять свою жизнь: она уже не приносила каких-то новых эмоций. Все просто шло по кругу.

Владимир бросил пить и курить, потом отказался от мяса. Затянуло. Два последних месяца он практикует сыроедение и говорит, что всем доволен. Здорового образа жизни он придерживается уже 15 лет.

Свой дом он тоже постарался построить из экологичных материалов. Все делал сам — от чертежа до внутренней отделки. За много лет ремонта и строительства Владимир здорово прокачался и стал консультировать людей по вопросам возведения и ремонта коттеджей, а недавно завел YouTube-канал, где рассказывает 30-тысячной аудитории о тонкостях строительных работ.

Собственный коттедж мужчина называет «домом на печи» и считает, что такой тип постройки — наиболее оптимальный для наших краев. Суть крайне проста: в центре помещения устанавливается дровяная печь, а уже вокруг нее проектируется постройка. Идем смотреть.

Снаружи домик выглядит аккуратно и уютно. Во дворе порядок, растут кусты и деревья, выкопан небольшой пруд.

— Это обычный каркасно-щитовой дом, утепленный каменной ватой, зашитый OSB-плитой и оштукатуренный (понимаю, что материалы не самые экологичные, но так случилось). Лет пять назад потратил на него где-то $35 000, но сейчас цены совершенно другие, сложно сопоставить. Участок мы взяли через аукцион, кажется, за $1500. Тогда свободных земель еще хватало, это сейчас уже почти все застроено.

Перед тем как начать работы, мы ставили баню размером примерно 7?7 метров. Знакомый печник сложил нам дровяную печь — тогда я и понял, что вполне можно отапливать помещение всего одной печкой, если все сделать по уму.

Внутри дом выглядит так же респектабельно, как и снаружи: панорамные окна, потолки высотой 4,5 метра, деревянные полы и аккуратная отделка. В центре гостиной-студии стоит огромная печь — гордость Владимира. Со слов мужчины, топит он ее всего один раз в день и только дровами — этого вполне хватает.

По краям гостиной — две небольшие спаленки, на втором этаже — крохотная игровая комната для детей. В доме площадью 90 квадратных метров есть все удобства. Вода подогревается от печи: внутри установлен металлический бак, температура в котором постоянно поддерживается благодаря регулярной протопке.

— Я уже много лет думаю над тем, как мы можем вернуть глубинную белорусскую жизнь, и прихожу к выводу, что нужно стараться использовать только то, что есть в стране. Нет в Беларуси газа — значит, и газовый котел лучше не ставить, использовать только древесину и электричество. Свой дом я именно так и строил. Нет возможности протопить печь — включу электроконвекторы и буду заниматься своими делами, никаких проблем.

Надо как-то развивать эту мысль и стараться менять деревню. Я уверен, что однажды мы сможем прийти к тому, что село перестанет ассоциироваться с чем-то нехорошим.

Раньше я был одним из тех сумасшедших, убеждающих всех вокруг, что только я живу правильно и все просто обязаны последовать моему примеру. На этом фоне у нас было много конфликтов с первой женой, которую я постоянно пытался привести к своему образу жизни. Я только потом понял, что это большая ошибка. Захотят мои дети жить по-другому — их право, я ни слова не скажу. Захотят — уедут навсегда в город, а решат вернуться — пожалуйста. Все же каждый должен сам решать, как ему строить свое будущее».

Источник charter97.org

Вверх ↑
Новости Беларуси
© 2018 Мой BY — Информационный портал Беларуси
Новости и события в Беларуси и в мире.
Пресс-центр [email protected]