Информационный портал Беларуси "МойBY" - только самые свежие и самые актуальные белорусские новости

Как раллийный гонщик 20 лет шел к исполнению детской мечты

16.06.2018 спорт
Как раллийный гонщик 20 лет шел к исполнению детской мечты

Попал брестчанин в гонки совершенно случайно.

Сегодня в Бресте пройдет 1 этап Чемпионата Беларуси по автогонкам Time-Attack. Посмотреть на то, как соревнуются за победу лучшие гонщики страны, наверняка сбежится множество мальчишек - и будут с горящими глазами наблюдать за происходящим, представляя себя на месте пилотов. О том, как исполняются детские мечты, нам накануне рассказал «Вечернему Бресту» Александр Теленченко, один из участников предстоящих соревнований.

- Как вы пришли в автогонки?

Фото: vb.by

- Мама рассказывала, что я еще в садике говорил: «Хочу быть гонщиком!». Кто-то космонавтом хотел быть, кто-то еще кем-то, а я - гонщиком. Родители удивлялись: «Каким гонщиком? Почему? Откуда у него это?» Тогда ведь и фильмов на эту тему не было по телевизору, и про соревнования я ничего не знал. Даже если они и были - отец меня на них не водил никогда. И, тем не менее, такой вот момент был.

Правда, у меня и отец, и дед - все водители, все в своих машинах, и я с детства тоже во всем этом варился с ними.

А потом появился «рояль». Тот самый, который должен быть у Бетховена, чтобы он стал Бетховеном. Случилось это в мои 10 лет. Случайно разведали с друзьями про секцию во Дворце пионеров в Севастопольском парке, сами нашли, записались - и затянуло. Пацаны потом один за другим откололись, а я остался. Это было интересно, реально интересно. Считал дни и часы до занятий, бегом бежал туда. Занимался с более старшими ребятам, которых никогда не знал. Настолько увлекся, что это даже повлияло на учебу. Нахватался плохих отметок - и пришлось с этим закончить. Как оказалось, надолго: вернулся в автоспорт уже после 30 лет.

- Родители, наверное, волновались? Это же все-таки потенциально опасный спорт...

- Ну что там могло произойти? Это же секция с 10 лет, скорее спортивно-техническая, чем спортивная, там соревнований не было. Мы изучали устройство автомобиля, технические моменты, ну и ездили на карте возле парковки. Один на всех шлем, два карта на 10 человек, которые мы там клеили, лепили и мазали. А потом, к концу учебного года, приехало из Питера 10 новых машинок. И уже тренер выбирал, кому их давать. Выбрал десятку лучших - и мне тоже досталась машинка. А потом получились эти годовые отметки... И пришлось все это дело свернуть, несмотря ни на что.

- И что же вы делали в период с 10 до 30?

- Были какие-то секции: легкая атлетика, восточные единоборства... Но это все уже вблизи от дома и за компанию с друзьями. Не истинное увлечение - просто времяпрепровождение, которое родители поощряли.

Работой занимался. Дальнобоил. У меня был дядя-дальнобойщик, и я, видимо, в детстве не только мечтал быть гонщиком, но и дальнобойщиком очень хотел стать. Позже уже - в более сознательном возрасте, около 16 лет. Когда надо было определяться уже с какой-то профессией, я четко хотел дойти до цели. Верх грузовой карьеры - это дальнобойщик. Большие машины, большие дороги и все остальное. И плавно, потихонечку, но своего добился.

Фото: vb.by

- А как вы вернулись к гонкам?

- Совершенно случайно. Мне уже в районе тридцати было, уже и ребенок первый появился, и работал уже не на кого-то, а на себя: я, брат, напарник - втроем, каждый на своем грузовике. В жизни все вроде бы устроилось, вышло на более-менее стабильный уровень. И вот открываю как-то автогазету, а там редчайшее раллийное «Субару»: двухдверное купе, которое выпускалось в двухтысячных годах. И эта машина - на фотографии в Браславе, на раллийных соревнованиях. И внизу сайт указан. И я полез на этот сайт...

Думаю, что это как красная тряпка, которую долго быку не показывали. Я был увлечен работой, дальнобоем, я жил в этом. Грузовики, дальние страны - не отвлекайся, Саня! И я не отвлекался, пока меня не отвлекло. На том сайте залез на форум, зарегистрировался, узнал, что есть какой-то чемпионат Беларуси, 5-7 гонок в году, которые проходят в Браславе, Лепеле, Ушачах. Приезжают туда российские гонщики, литовские... И что раллийная машина, оказывается, стоит не таких уж космических денег. И эти деньги как раз у меня были, а один из пилотов продавал свой раллийный Volkswagen Golf. Ну и все, купил я эту машину - и поехал в ралли. В 34 года - на первый свой раллийный этап.

Под этим кайфом пролетело около 6 лет. Когда каждая гонка - на адреналине, а после наступает опустошение - от того, что ты каждый раз вкладываешь деньги, по сути, неизвестно во что: на своем финансовом уровне ты все равно не дотягиваешь, ведь у кого больше финансов, у того и техника сильнее. И так после каждой гонки, когда у машины сердце бьется через раз, а ты все это должен восстановить за свой счет, привести в порядок и набраться где-то оптимизма для продолжения.

Ралли - это все-таки не кольцо, ты, если «убираешься», то не куда-нибудь на травку, а в дерево или в кювет. За шесть лет пару раз случались достаточно неприятные аварии, после одной меня отвернуло от гонок на полгода. Тем более, что у меня тогда еще родились два сына-близнеца. И мы решили продать гоночную машину. После этого я ушел как пилот, но остался как старший команды.

- Открыли себя в новом качестве?

- Пришли молодые ребята, которым нужны консультации, нужна помощь, а я уже знаю все - как тащить машину, всю логистику, перевозку... Это такой большой кусок работы: если ты не умеешь с ним справляться - будешь опаздывать на гонку, забывать какие-то запчасти, ЗИП будет плохо скомплектован, непонятно как составлен чек-лист, расписание. Все это всерьез мешает тебе заниматься самим автоспортом.

На пятилетний промежуток выпал как пилот, но я крутился в этой сфере: возил на раллийные соревнования другого пилота, помогал ему с машиной, с постройкой, с обслуживанием, потому что, имея свою машину в прошлом, получил кое-какое внятное представление о том, что важно в раллийной машине, какой должен быть подход.

И в этот промежуток времени я стал появляться в ДОСААФе. До этого я был «сам себе пилот», ДОСААФ знал о моем существовании как о каком-то спортсмене, которому присваиваются какие-то очередные разряды за какие-то очередные победы. И вот легендарный Геннадий Драпкин (я уже только потом узнал, насколько он большой человек!) позвал меня к себе: «Приедь, поговорим!». У них в гараже буквально пылилась машина с полной комплектацией. И я подумал: «Почему бы и нет? Машина есть, клуб поможет!» Ну и все, затянуло опять. И супруга понимала, что мне всего этого очень не хватает, и сказала ехать. Так мы подписали контракт на первый год. Потом второй, третий... Появились партнеры, поддержка - и сейчас это для меня уже в значительной степени профессия, а не хобби, занятие осознанное, а не на адреналине.

Фото: vb.by

Вообще терпеть не могу адреналин. Давить педаль в пол между деревьев только для того, чтобы сердце чаще стучало, - нет у меня такого желания. Мне нравится контролировать машину на грани. Во мне, наверное, так проявляется любовь к технике, контроль над ней. А раллийные гонки из этого и состоят: машина постоянно скользит, и ты ей управляешь, пользуясь этим скольжением, подставляешь ее под поворот, даешь ей пройти боком, а она выпрямляется - такое «миллиметровое» чувство, когда управление машиной превращается в танец.

- Ваши дети унаследовали интерес к тому, чем занимается папа?

- Мои парни к своему четырехлетнему возрасту духом гонок так пропитались, что это все выплескивается на меня сейчас в концентрированном виде. Я уже прошу у них хоть немного тишины - а у них «Бжж!», у них «Бух!», у них «Посмотри, Сергей Вязович! Я поеду на «МАЗе!» Уже с трехлетнего возраста на моем симуляторе куда-то едут, как-то прыгают на этих грузовиках. Они гонщики до мозга костей! Когда мы приезжаем в ДОСААФ, они, не спрашивая, бегут в картинговую секцию, как к себе домой. Я их катаю на двухместном карте, еду так быстро, как могу, а они не боятся. Я не знаю, что это, - какая-то скорость внутри... Во мне вот нет этой скорости - я очень спокойно езжу по городу. А в них, возможно, есть.

В последние месяца два их немного отпустило, сейчас они рыцари и Робин Гуды. И я даже не против. Потому что, каким бы я ни был фанатом, даже для меня их энтузиазма было слишком много!

- Есть мнение, что хобби можно потерять, когда оно становится работой. Вы за собой такого не заметили? Что изменилось для вас лично?

- Когда хобби становится работой, появляется больше ответственности. Отпадает бойцовский настрой, щенячье-бесстрашное настроение. У меня только первые раллийные гонки проходили в таком состоянии. Мы с братом, когда купили раллийную машину, полностью под себя ее переделали и думали: «Там-то клерки офисные, а мы-то уже десять лет дальнобойщики, можем ездить даже на хромой кобыле, причем задом наперед и с завязанными глазами. Кто-то может нас удивить? Кто?! Чем?!» А потом поняли, что такое автоспорт, узнали его истинное лицо - и эта бравада ушла.

- Что вы можете посоветовать детям или родителям детей, увлеченных гонками? Как развивать этот талант?

Фото: vb.by

- У детей должен быть «рояль». Есть тренеры, есть ремонтная база. Если есть возможность вкладывать деньги, вам с удовольствием помогут с покупкой карта, будут тренировать, возить ребенка на соревнования и делать из него чемпиона.

Более бюджетный вариант - идти в секцию от ДОСААФ или в другую государственную секцию. Пусть без своей машины - но это уже хоть что-то. В мое время эти секции были совсем бесплатными. И да, мы на площадки ездили совсем редко и это можно назвать детским баловством, до автоспорта это далеко. Но это «рояль», на котором можно в первый раз коснуться клавиш.

Источник charter97.org

Вверх ↑
Новости Беларуси
© 2020 Мой BY — Информационный портал Беларуси
Новости и события в Беларуси и в мире.
Пресс-центр [email protected]