Информационный портал Беларуси "МойBY" - только самые свежие и самые актуальные белорусские новости

Странные люди

25.06.2019 общество
Странные люди

Почему в Минске до сих пор нет улицы Василя Быкова?

На прошлой неделе гениальному прозаику-экзистенциалисту Василю Быкову исполнилось бы 95. Еще пять лет, и мы отметим столетие… Однако статус писателя-фронтовика в стране, «победившей фашизм», до сих пор остается непонятным: ни улиц, ни площадей, ни памятников, ни официальных «быковских» премий в области литературы как не было, так и нет. Что ж такое?

В канун памятной даты журналисты в очередной раз поинтересовались у представителей власти, как там дела с памятником Василю Быкову или хотя бы улицей имени писателя. Николай Чергинец, руководитель официального Союза писателей (не забывайте, у нас их два!) рассказал корреспонденту грустную историю о том, что идею увековечить память классика поддержали и администрация, и сам правитель, а вот Мингорисполком затягивает с решением вопроса. «Странные люди!» - пожимает плечами Николай Иванович.

В Мингорисполкоме, до которого тоже добрались дотошные журналисты, все еще интереснее. Оказывается, там очень хотят, чтобы улица Быкова наконец-то появилась в столице. Да вот незадача… Улицы подходящей найти не могут: «У нас нет новых улиц, нет запросов на присвоение. И поэтому пока не собирается комиссия, потому что нечего называть», - рассказала СМИ представительница управления культуры Мингорисполкома. А сейчас угадайте, почему памятника тоже не будет? Правильно, потому что памятник если и будет, то на улице Быкова, а улицы в городе такой нет - круг замкнулся.

Действительно, какая жалость: ни улицы, ни сквера, ни площади, ни тупика, ни развязки, ни свободного постамента - ничего нет. Для Симона Боливара или Анри Дюнана - нашлись и скверы, и постаменты, а для Быкова - нет. Ленин, Киров, Маркс и прочие товарищи с туманным прошлым, часто вообще никак не связанным с нашей страной, заимели уютные, если не сказать козырные местечки в топонимике Минска, а Быков пока так и остается бездомным.

Странным (а может, и не очень?) образом все это пересекается с судьбой самого Василя Владимировича, который последние годы жизни провел за границей - в Чехии, Германии, Финляндии - а в Беларусь приехал уже фактически умирать. Грустная ирония: всем известному и любимому писателю даже после смерти не дают вернуться на Родину, хотя бы символически - бронзовым памятником или именем в адресной книге столицы.

Что же не так с Быковым? Чем не угодил писатель, чьи произведения читают в хрестоматиях школьники, чьи книги стали основами для фильмов, известных каждому? «Круглянский мост», «Альпийская баллада», «Сотников» - где тут крамола?.. Злые неспокойные языки говорят, что власть не может простить живому Быкову поддержу Зенона Позняка на выборах 1994г., а мертвому- национальный бело-красно-белый флаг, которым был закрыт его гроб в 2003г., и похоронную процессию, которая превратилась в митинг. Нельзя, мол, так: про войну сначала писать, про «святое», а потом националистов поддерживать и ратовать за возрождение языка, на котором «нельзя выразить ничего великого», как говаривал главный в стране лингвист.

Тем временем не зависящая от власти, официоза, а часто и от реальности интеллектуальная элита начала строить планы, где же стоять памятнику Быкову. По одной версии - на площади Победы. Почему? Потому что - его победа, его война. Скромный памятник Быкову, мол, хорошо бы уравновешивал монументальный пафос стелы. По другой версии - нужно ставить на сегодняшней площади Калинина. Почему? «Всесоюзный староста» там давно всем надоел, а площадь Быкова с памятником хорошо бы вписалась в триаду бронзовых классиков вдоль проспекта: Купала, Колас и Быков.

Все это красиво и хорошо: мне тоже в Минске не хватает памятников некоторым знаковым лицам. Например, Сергею Песецкому - писателю и контрабандисту 1920-х, который описывал криминальный мир столицы того времени. Где? Например, на крыше отеля «Европа», по которой убегал от погони один из его героев. Или на Комаровке: скульптурная композиция с карманником, который вытаскивает часики у зазевавшегося прохожего.

Впрочем, все это фантазии и «хотелки». Кто-то Быкова хочет на площади Победы, кто-то Песецкого на отеле, кто-то гетмана Острожского возле Минобороны... По-моему, на данный момент шансы появиться у всех этих композиций приблизительно равны. У властей совсем иной взгляд и на «оборонку», и на эстетику отельного бизнеса, и на смысловую нагрузку победы над нацизмом. Бессменному лидеру сейчас явно не до памятников, а Мингорисполком, если что, опять возьмется за любимое занятие - поиск улиц в городе… А это ведь как снег в зимнем лесу искать - дело непростое. В общем, ждать придется долго.

Совсем другое дело - начать с себя и поставить хоть небольшой, очень личный, но все-таки памятник Василю Владимировичу. Как? Например, молодой художник Ян Жвирбля пару лет назад нарисовал и издал комикс - по одному из быковских рассказов. Другой знакомый из туристического бизнеса недавно выкупил с перспективой восстановления школу, в которую до войны ходил Быков в деревне Бычки. Каждый из нас может взять детей, сесть в машину и проехаться по быковским местам: там, на Ушаччине, много озер цвета неба, по утрам роса жемчугом по траве рассыпана - очень красиво, честно. Чем не памятник? Тем более - летом. А дети уже будут знать, что Быков не просто очередная фамилия из школьной программы, а что-то душевное, теплое, свое.

Ну и читать Быкова, похоже, тоже придется. При всем внутреннем отторжении темы той войны, которую сейчас попросту изуродовали «бессмертными полками», тематическими вечеринками в ночных клубах и прочей «цыганщиной». Война у Быкова совсем другая, без пафоса и «можем повторить», без победителей, без «хэппи эндов». Она болит точно так же, как у земли болит каждая распаханная могила. Она не имеет ничего общего со стелой, скорее это яма: ворота в пекло, которые периодически открываются, а солдаты закрывают их своими телами и жизнями.

Впрочем, война у Быкова - это экстерьеры, декорации для настоящего действа, где часто только и может раскрыться человеческое «я», возможности понять мир и осознать самого себя. Точно так же как у Стивена Кинга элементы ужаса - это только обрамление, готическая рама для психологических сюжетов: про отношения в семье, про отцов и детей, про юношеские страхи и комплексы. Согласитесь, у каждого настоящего писателя есть несколько уровней в произведении: кто-то в «Преступлении и наказании» видит «хоррор», кто-то - социальный ад царской России, кто-то - христианские мотивы, а кто-то все сразу.

Такая же многоуровневость сквозит и в пока не воздвигнутом памятнике Быкову. Для одних это будет памятник писателю, для других - националисту, для треть-

их - диссиденту, для четвертых- фронтовику, для пятых - крутой художественный заказ, для шестых- бумажная морока с согласованиями, справками и выбором подрядчиков… Конечно же, «мертвым не больно», как писал классик, и у самого Василя Владимировича где-то в далеких мирах совсем другие заботы. При этом, наверное, все-таки важно, чтобы хоть немного болело живым. Иначе беды прошлого, как невыученные школьные уроки, будут возвращаться к нам мрачными тенями вновь и вновь.

Алесь Киркевич, «БелГазета»

Источник charter97.org

Вверх ↑
Новости Беларуси
© 2019 Мой BY — Информационный портал Беларуси
Новости и события в Беларуси и в мире.
Пресс-центр [email protected]