Информационный портал Беларуси "МойBY" - только самые свежие и самые актуальные белорусские новости

Бунт на корабле пустыни

11.11.2019 политика
Бунт на корабле пустыни

Как калмыки восстали против мэра из «ДНР» и губернатора-кикбоксера.

На ступеньках здания администрации города Элисты фотографируются участники субботника. На фоне сотрудников мэрии — калмыков — выделяется мужчина славянской внешности в черном спортивном костюме Adidas, черных резиновых сапогах и в черной бейсболке, пишет журналист «Новой газета» Илья Азар.

После фотосессии он берет в руки лопату и идет к сосне, растущей прямо напротив здания администрации. Без промедления мужчина втыкает лопату в землю и начинает копать. «Ой! Хвойники не окапываем», — доносится до него громкий женский голос. Мужчина послушно вынимает из земли лопату и переходит к березе, предварительно уточнив, можно ли окапывать ее.

Мужчина с лопатой — это Дмитрий Трапезников. После смерти главы самопровозглашенной Донецкой народной республики («ДНР») Александра Захарченко он на несколько дней занял его место, но вскоре уехал в Россию и пропал с радаров. Всплыл Трапезников спустя год в Элисте, где стал исполняющим обязанности главы администрации (мэра) города.

Его «назначения» (главу администрации в Элисте формально выбирают депутаты городского совета) никто не ожидал, хотя вакансия в администрации была с мая — предыдущий мэр Элисты Окон Нохашкиев из города сбежал и был объявлен в розыск.

Трапезникова порекомендовал депутатам глава Калмыкии Бату Хасиков, представив протеже словами «Элисте нужен настоящий антикризисный менеджер».

Хотя большинство депутатов впервые услышали про Трапезникова только на заседании совета 26 сентября, это не помешало им почти единогласно проголосовать «за» (кроме одного члена фракции КПРФ).

Явление Трапезникова возмутило в Элисте многих, но особенно сильно — местного журналиста «Кавказского узла» Бадму Бюрчиева. Семь из своих 46 лет он проработал в Москве, но в 2014 году вернулся на родину за более спокойной и размеренной жизнью. Не тут-то было. «Нас просто ошарашила эта новость! О человеке нет ни одного хорошего отзыва, а его почему-то ставят во главе нашего города. Нас возмутило, что его привезли и нагло воткнули. Мы не хотим, чтобы наш город ассоциировался с ним», — объясняет Бюрчиев, что его так задело.

Журналист, ранее не участвовавший в протестных акциях, решил действовать и позвонил заслуженному калмыцкому оппозиционеру, лидеру местного отделения «Яблока» Батыру Боромангнаеву. 27 сентября они отнесли в администрацию города требование об увольнении Трапезникова до 1 октября, «так как данная персона не имеет никакого отношения» к Калмыкии. В тот же день Боромангнаев, Бюрчиев и еще трое оппозиционеров записали видео с призывом выйти вечером на центральную площадь Элисты, чтобы обсудить нового мэра.

Встречу назначили у Пагоды семи дней прямо напротив здания правительства Калмыкии (и через дорогу от мэрии). Место знаковое: раньше на месте пагоды стоял Ленин, но в 2004 году ОМОН жестко разогнал здесь протестующих против экс-президента Калмыкии Кирсана Илюмжинова (один человек погиб от разрыва сердца), и власти решили перенести советского идола в другой угол площади.

На народный сход 27 сентября пришли всего 6–7 человек, но Бюрчиев не сдался, продолжил работу (писать на «Кавказский узел» он временно перестал, но планирует вернуться — становиться политиком он не хочет), и спустя всего два дня на площадь Ленина вышло уже 300–400 человек, что для 100-тысячной Элисты немало.

«Я всегда анализировал, как лучше делать акции протеста, поэтому [на сходе] 29 сентября попросил молодежь вести прямые эфиры в инстаграме».

«Расчет на соцсети сработал, потому что у нас вся активная молодежь сидит именно в инстаграме. Креатив пошел, подключились и те, кто уехал в Москву», — с гордостью рассказывает о своем ноу-хау Бюрчиев.

Главный дизайнер протеста

«Я ел чебурек с ребятами в чебуречной. Это наше место силы (у открытой палатки со стоячими местами недалеко от площади Ленина всегда стоит очередь — прим. «Новой»)», — так начинает отвечать на мой вопрос о том, что заставило его стать организатором протестов, Алдар Эрендженов, элистинский дизайнер. Он шьет толстовки и свитшоты с национальными узорами и надписями на калмыцком языке.

Съев чебурек, Эрендженов пришел домой и увидел разлетающиеся по инстаграму новости о назначении мэром «какого-то Трапезникова». «При поверхностном гуглинге выяснилось, что у него супернеприкольная биография из «ДНР». Я возмутился, естественно, увидел видеообращение Бадмы и зарепостил его в своей группе [про одежду] на 6 тысяч человек», — рассказывает дизайнер.

Ему не понравилось, что у Трапезникова нет опыта работы в России и что к голосованию было изменено положение о конкурсе на главу администрации так, что единственными необходимыми критериями для кандидатов остались высшее образование и российское гражданство. «Под него даже законы переписывают! Что это такое вообще? Местное самоуправление на то и местное, что не входит в систему органов государственной власти, а тут прямо такая наглая хрень.

Нас поставили перед фактом, и обидно, что такое происходит с тобой в твоем маленьком городе», — жалуется Эрендженов.

Перед народным сходом 29-го числа дизайнер придумал подарить протестному движению символику: «Баннер уже было поздно заказывать, поэтому я на куске ткани для футболок напечатал логотип Элисты (им дизайнер раньше украшал свои сумки и кофты — прим. «Новой»), написал под ним «Это наш город» и притащил на площадь».

Логотип Эрендженова протестующим понравился, а сам он «попал в движуху», познакомился с ребятами и «политически подкованными дедками» — так он называет местных оппозиционеров, которые сражались с властью еще со времен Илюмжинова. Дизайнер даже выступил на сходе: «Сказал, что все наши государственные институты сгнили, и нужно самоорганизовываться, объяснял старшему поколению, что с помощью интернета они могут выражать свои мысли и не бояться».

Раньше Эрендженов на митингах не выступал, но в прошлом году водил свою 80-летнюю бабушку, заслуженную учительницу СССР, на акцию против закона, сделавшего преподавание национальных языков необязательным. «Она выступила, и ее даже пытались задержать.

Мне же сказали, что я на учете в центре «Э», так как одежда с калмыцкой тематикой, которую я делаю, может быть расценена как национализм. Бред абсолютный!» —

говорит дизайнер, который пришел на встречу в синей толстовке своего производства с надписью «Ода яхмб» (в переводе с калмыцкого — «что поделаешь»).

Демократичный подход

1 октября — в день, до которого Бюрчиев с коллегами требовал отправить Трапезникова в отставку, — у Пагоды семи дней прошла несогласованная акция. «В ночь перед акцией, чтобы власти не успели сориентироваться, мы призвали людей выходить на молебен. Мы распечатали мантры, раздали их всем, потом прочитали молитвы и прошли через молитвенный барабан, что в буддизме приравнивается к 100 тысячам прочитываниям, а потом в другом углу площади высказывались по поводу Трапезникова», — вспоминает журналист.

Бюрчиеву потом выписали штраф в 20 тысяч за организацию несогласованной акции, а всех выступавших и Эрендженова после молебна привлекли как участников. Но на силовой разгон власти республики не пошли до сих пор.

«Это позиция главы и правоохранительных органов, мы считаем, что Калмыкия — это наш родной дом, и все проблемы мы пытаемся решить мирно.

Подход такой: в любой семье есть хорошие и любимые дети, а есть нерадивые и нелюбимые, но это все наши дети, и применять жесткие меры — просто непедагогично», — объясняет мне глава администрации Хасикова Чингис Бериков.

По Калмыкии же ходят слухи, что дело в другом: якобы Хасиков повздорил с руководителем местного ФСБ Павлом Булкиным (говорят даже, что бывший кикбоксер применил физическую силу). «У Бату (многие в Калмыкии называют Хасикова просто по имени — прим. «Новой») был конфликт с Булкиным, и тот, видимо, дает паузу, чтобы показать, что Хасиков без него ничего не может», — предполагает Бюрчиев.

Когда на митинг 13 октября на площадь Победы в парке «Дружба» (единственное место в Элисте, на котором можно официально проводить публичные мероприятия) вышло более 3 тысяч человек, стало понятно, что в Калмыкии происходит что-то невиданное.

Для небольшой сонной столицы отдаленного от центра региона 3 % населения на площади — это очень много.

Полиция и в этот раз себя никак не проявила, а вот перед следующей акцией 27 октября ситуация начала меняться. Сначала мэрия отказалась согласовать заявку на 5-тысячный митинг, так как столько людей не поместятся на площади Победы, часть которой занимают аттракционы. Районный суд встал на сторону оппозиционеров, но за два дня до митинга Верховный суд Калмыкии решение нижестоящего суда отменил.

Чужой человек

Основных претензий к Трапезникову, которые озвучивают публично, три: он не имеет отношения к Калмыкии, он раньше не работал в России и у него плохая репутация. «Нам такой товарищ во главе города не нужен. Он не знает проблемы республики, специфику города. Это человек, имеющий сомнительную репутацию, судя по информации в интернете и соцсетях. Он по непонятным причинам сбежал из «ДНР». Как он может быть патриотом нашего города, если он даже не является патриотом той республики, где он жил и работал», — говорит Наталья Манжикова, лидер местной «Справедливой России» и экс-кандидат в главы Калмыкии.

По ее словам, Трапезников сказал в интервью о налоге на физических лиц, хотя в России есть налог на доходы физических лиц, то есть «не совсем хорошо знает российское законодательство».

— Может, он разберется?

— Элиста не полигон, на котором нужно учиться! Почему мы должны трудоустраивать его? Никто не понимает, за какие заслуги! У нас в Элисте и республике достаточно грамотных, подготовленных людей, которые могут занять этот пост. Какими бы плохими ни были предыдущие главы, они формировали правительство из местных кадров, — говорит она.

Бюрчиев уверяет меня, что проблема в первую очередь в репутации Трапезникова: «Мы все-таки хотим видеть людей, которые знают наш город, но был бы просто чужак, то ничего страшного», — говорит журналист и напоминает про назначенного еще в апреле главой правительства Калмыкии Юрия Зайцева. «Многие остались недовольны этим выбором, но протестов не устраивали.

Потому что за ним нет шлейфа, а у Трапезникова в интернете репутация врага и предателя. Даже в «ДНР» его ненавидели», — объясняет Бюрчиев.

Нынешний глава администрации Элисты до войны на Донбассе работал в донецком футбольном клубе «Шахтер», а в «ДНР» дорос до первого вице-премьера. После гибели Захарченко в августе 2018 года Трапезников встал на его место, но его быстро сместил Денис Пушилин, после чего Трапезников уехал в Россию. На свой день рождения 12 апреля 2019 года он получил паспорт РФ.

Про отъезд из Донецка Трапезников объясняет мне, что ему рекомендовали остаться в «ДНР», но он сам решил уехать.

«Моя задача была сделать так, чтобы после гибели Захарченко военные не поднялись, и не началась война. Я удержал, я лично просил не развязывать войну, чтобы не было крови», —

рассказывает новый мэр Элисты. Он признается, что тяжело переживал смерть Захарченко, с которым они тесно дружили: «Если бы он добыл до конца срока и потом меня выдвинули, то я бы пошел, а после гибели я не готов был возглавить республику. Это тоже шаг, я отказался добровольно, это все знают, и многие обиделись».

Про свою репутацию Трапезников говорит так: «Если [протестующие] начитались каких-то гадостей в соцсетях, не имеющих отношения к реальности, то пусть дают факты. Хоть я и мужчина, но мне обидно в душе. Почему про меня какие-то пакости говорят, когда я один из немногих пахал там, отдавал свою жизнь — в прямом смысле, ведь даже на еду не было времени, — а меня потом обвиняют, что я что-то украл. Где документы? Пусть едут туда и проводят расследование и доказывают. Я всегда был на руку чист, есть и буду».

Заграничная зараза

Парк «Дружба» находится почти в самом центре города — от мэрии до места проведения митинга идти минут десять. За полчаса до начала акции на площади собираются полицейские и организаторы. Вместе они наблюдают за рабочими, которые начинают срочный ремонт шифера на крыше сцены. Они невозмутимо делают свое дело, не обращая внимания на нелестные окрики участников митинга.

Лестница, по которой обычно можно забраться на высокую сцену, стоит в стороне, ее охраняют трое полицейских.

— Идет ремонт, мы к этому отношения не имеем, — говорят они мне.

— А что вы думаете о митингах?

— Хорошо, что люди свое мнение высказывают.

— А про Трапезникова что думаете?

— А нам думать не положено, — отвечает один из полицейских.

Организаторы быстро начинают трансляцию в инстаграм, рассказывают зрителям о действиях власти:

«Приходите посмотреть на спектакль, который устраивает администрация, которой пришло в голову ремонтировать сцену в выходной день!»

— Вот они — новации от Трапезникова, — смеется рэпер Адьян Убушаев, один из самых активных организаторов митингов.

— В своей программе он забыл указать, что городу нужен срочный ремонт сцены, — шутит бизнесмен Церен Басангов, который накануне стоял в одиночном пикете у мэрии на собственной лошади (он организует конные туры).

Народу на площади становится все больше. Три калмыцкие бабушки громко ругают власть, мимо них проходит полицейский, и они его останавливают.

— Бату войны, что ли, хочет? Полиция против народа?

— Это администрация! Я-то все понимаю, — разводит он руками.

— Откройте рот, вы же калмыки! — обращаются к нему бабушки, но тот убегает.

— Да им пофиг, они за погоны боятся. Они завтра уедут, а нам тут жить.

Аппаратуру снимают со сцены, организаторы решают проводить митинг, использовав вместо сцены обычную скамейку. Полицейские зачитывают организаторам предостережение об ответственности за проведение несогласованной акции, но митингующие отправляют их в прямом смысле куда подальше.

Первым с импровизированной сцены выступает журналист Бюрчиев. «Позорные действия властей подтверждают, что мы все делаем правильно. Они хотят ввести здесь правовой беспредел. Кроме нас, убрать Трапезникова некому! Мы пойдем до конца и будем стоять полгода, если будет надо, но этого человека здесь не будет», — кричит журналист и срывает аплодисменты.

Следующий выступающий, юрист Семен Атеев, сумел удивить публику, сравнив появление Трапезникова в Калмыкии с первой массовой вспышкой ВИЧ-инфекции в СССР. «Тогда заразились 77 детей, и нас по всему Союзу презирали, с нами боялись общаться, думая, что мы все заражены. Были случаи, что машины с калмыцкими номерами закидывали камнями за пределами республики. Та трагедия нанесла калмыцкому народу огромный вред, но не мы были виновниками распространения заразы», — начинает Атеев издалека.

«Вот и Трапезников — это такая же зараза, завезенная из-за границы и оставленная здесь нашими депутатами, — перекинул Атеев мостик в современность.

— Мы не потерпим, чтобы он поселился в нашем городе! Этого деятеля еще объявят военным преступником, и только враги народа могут внушать, что он нам привлечет большие инвестиции.

Скорее, нас будут презирать и бояться, как когда на нашу землю завезли ВИЧ, за опасную заразу по имени Трапезников. Надо защитить нашу землю!» После этого Атеев призвал главу Калмыкии Хасикова подать в отставку.

— Это наша земля, — недолго скандируют протестующие, но выступление Атеева всем явно понравилось.

Речей было много — за три часа высказались как организаторы, так и многие пришедшие на митинг элистинцы. Говорили и представители буддистской общины: «Вон, нечисть, из Элисты! Это наш город, и мы, буддисты, которые каждый год ездим к Далай-ламе, найдем способ от него избавиться». Мужчина в черной шляпе и темных очках вспоминал Конфуция: «Он говорил, что если поставить кривого над прямыми, то через год все будут кривые, и с тех пор как рухнула советская власть, нами правят одни кривые, нами правят клоуны, комики и гомики, вообще непонятно, кто нами правит!»

Одной из последних выступает юрист республиканского КПРФ Оксана Санджинова. Она говорит очень эмоционально, почти кричит: «Пока я шла на митинг, то видела горожан, которые живут какой-то отдельной жизнью. У них какое-то безразличие в глазах. Или кусок хлеба в глазах! Я тоже человек небогатый, у меня тоже дети и есть свои проблемы, и я думала, почему я иду на митинг, а они улыбаются, смеются, как будто живут одним днем! Я хочу обратиться ко всем: «Дорогие мои земляки, очнитесь, проснитесь, поддержите нас наконец-то!»

Хочу обратиться к Дмитрию Трапезникову. Дмитрий Викторович, у вас достоинство есть, в конце концов?»

— Нет! Нет! — раздаются крики пришедших на митинг.

— Вы проснитесь и поймите, что вас здесь видеть не хотят! — все с тем же надрывом продолжает Санджинова, — Уезжайте отсюда, уходите!

Ей аплодируют, люди скандируют «У-хо-ди». В завершение митинга (рабочие ремонт шифера к этому времени уже закончили) организаторы включают песню калмыцкого протеста «Сертн сергцхятн», а потом и цоевскую «Перемен», после чего люди уходят маршем до площади Ленина, чтобы покрутить молитвенный барабан в честь дня рождения Шаджин-ламы Калмыкии Тэло Тулку Ринпоче.

На следующий день Трапезников (встречи с ним пришлось добиваться четыре дня) убеждает меня, что к ремонту сцены он не имеет никакого отношения.

«Я таких команд не давал и сам узнал только вечером в тот день. Я против таких действий и буду разбираться, что это за самодеятельность. Митинги запрещать нельзя — народ должен выражать свое мнение», — объясняет мэр. Правда, добавляет, что «ни у кого нет права его оскорблять», а на скамейке и правда далеко не все накануне выбирали слова, выкрикивали даже креативный лозунг «Трапезников — ****** [уходи].

Судя по реакции Трапезникова, высказывания протестующих сильно задевают мэра.

Он берет со стола телефон (с российским гербом на чехле) и зачитывает мне сообщение еще одного недруга: «Трусливый помидор (так, по словам Бюрчиева, Трапезникова называли в «ДНР» из-за того, что он краснеет когда врет. — Ред.) без родины, без флага заблокировал меня в инстаграме. Он пишет о проблемах с бездомными животными, но мы-то знаем в Элисте только одно бездомное животное, и оно приютилось в большой каменной конуре серого цвета в центре Элисты».

«Это нормально? — говорит Трапезников, поднимая глаза от экрана. — И я не верю, что это патриот города. И почему никто из них не поднимал раньше вопрос о том, что происходит в городе? Что он разграблен и в нем все рушится?»

Бутылка воды

По словам Трапезникова, ничего не говорили про проблемы Элисты и Калмыкии организаторы митингов и на встрече с главой республики 5 октября. «Молодежь, с которой мы общались, — патриоты. Я и себя считаю патриотом, но у каждого свое понимание. Я за эту категорию больше всего переживаю, вот почему они были выделены и с ними мы пытались наладить диалог — из-за того, что понятны отчасти их мотивы, но непонятны действия», — объясняет глава администрации Бериков.

— Мирные же действия?

— В ультимативной форме нельзя строить диалог. Это всегда встречное движение, нужно находить в себе силы для уступок и компромиссов, но от них не было этого. Ни одно наше предложение даже не было рассмотрено.

По словам Берикова, собеседники Хасикова (среди них был и Бюрчиев) выдвигали требование убрать Трапезникова из-за «неподобающей информации» о нем в соцсетях, а ответных аргументов о том, что это ложь, не услышали. «Во-первых, мы им предлагали создать на основе Общественной палаты наблюдательный совет с их представителями, который будет отслеживать все действия администрации города и делать некий отчет. Во-вторых, выдвинуть своих кандидатов на конкурс по главе администрации. В-третьих, судить о человеке по его делам, а не по тому, что о нем написано», — рассказывает глава администрации Хасикова.

Впрочем, на мой вопрос о неизбежности победы Трапезникова на будущем конкурсе Бериков отвечает с издевкой:

«Кто его знает, может, Сергей Собянин подаст документы на конкурс и скажет, что хочет быть мэром Элисты».

Трапезников и сам говорит, что «никому себя не навязывает» и готов отказаться в пользу достойного кандидата, но в то, что такой (с точки зрения Трапезникова) найдется, почему-то не верится.

Депутат городского совета Элисты Петр Манжиков уже предлагал дополнить требования к участникам конкурса цензом оседлости в 5 лет, но поддержки у коллег из «Единой России» не нашел — там считают, что это поставит крест на возвращении в республику калмыков, добившихся успехов в других регионах.

Журналист Бюрчиев описывает события на встрече с главой республики по-другому:

«Мы сели кругом, был какой-то человек из Москвы, который не представлялся, а Хасиков дал понять, что будет стоять на своем и что ему нельзя проигрывать».

По его словам, один из активистов встал с бутылкой воды в руках и начал рассказывать, как проезжающие мимо его одиночного пикета люди оставляют ему еду и питье. «Хасиков вдруг почувствовал угрозу, подскочил к нему, как боксер, и спросил, что он хочет сделать с этой бутылкой. Никто такой реакции не ожидал, парень не растерялся, не отступил и сказал, что хочет ее выпить. Хасиков понял, что переборщил, и сел обратно на кресло», — говорит Бюрчиев. Бериков утверждает, что «это притянутая за уши история, которая останется на их совести».

Спорили на встрече и про «ДНР»: Бюрчиев рассказывает, что на встрече с Хасиковым сказал, что считает Трапезникова военным преступником.

Глава Калмыкии в ответ спросил собравшихся, кто считает, что Россия зря вернула Крым, и 4 человека из 11 пришедших на встречу подняли руку.

По словам журналиста, Хасиков предлагал смириться и дать Трапезникову год, но гости отказались.

«Мы сказали, что не понимаем это назначение и хотим, чтобы с нами считались, что он нас не убедил, и мы будем продолжать», — говорит Бюрчиев. Больше власти на контакт с протестующими не выходили.

Самый грамотный специалист

Председатель городского совета Элисты Николай Орзаев приходил пообщаться с протестующими на народный сход, но наладить диалог не сумел и быстро ретировался. Он в политике новичок: в сентябре 2019 года работавший в транспортной отрасли бизнесмен впервые стал депутатом и сразу же получил пост спикера. То ли потому, что общество требует новых лиц, то ли потому, что якобы является родственником главы республики Бату Хасикова.

В отличие от большинства других депутатов, спикер «имел возможность встречаться и беседовать» с Трапезниковым до голосования. Хасиков пригласил того в Элисту еще летом — провести аудит социально-экономического состояния города. «Он сделал конкретные предложения по исправлению ситуации, я ознакомился с ними. Я и не представлял, честно говоря, что настолько сложная ситуация у нас в городе», — рассказывает спикер.

— Это вы из аудита Трапезникова узнали?

— Что сложная, узнал из аудита, а придя сюда, понял, что архисложная, — ответил Орзаев и признался, что раньше не давал интервью.

По словам спикера городского совета, в Элисте «нет такой сферы, в которой не было бы проблем». «По ЖКХ могу сказать, что у нас все сети, электричество, водопровод, канализация, изношены на 80 и более процентов, все обслуживающие предприятия в катастрофическом состоянии», — признался Орзаев. Трапезников, по его словам, ежедневно принимает людей и лично посещает проблемные точки. «За месяц он принял людей больше, чем все остальные, здесь сидевшие лет за десять. И никуда они не выезжали», — говорит спикер.

— Как же вы их таких терпели? — удивился я.

— Не знаю… Потому что глава республики терпел!

Есть у него и контраргумент про отсутствие у мэра опыта работы в России. «Вы что, думаете, у нас законодательство с Украиной разное? — спрашивает он меня. — Система организации хозяйства что в России, что на Украине, что в Казахстане абсолютно одинаковая. Вот в Женеве, наверное, но у нас не Женева».

Орзаев повторяет слова Хасикова о том, что «нестандартные ситуации требуют нестандартных решений».

«Я уверен, что он способен в кратчайшие сроки исправить ситуацию, он грамотный специалист, он знает, как должно работать городское хозяйство. Какую отрасль ни возьми, ему не надо учиться вникать — он знает везде, как должно быть!» — продолжает спикер свой панегирик Трапезникову.

— И в знакомой вам транспортной сфере тоже разбирается?

— Да! Он сделал дельное и разумное предложение — создать МУП пассажирского транспорта. Думаю, Элиста — единственная столица субъекта в России, где нет собственного пассажирского транспорта. Парадоксально и абсурдно, но факт.

— До него, что же, никто не додумался?

— А никто не хотел этим заниматься, потому что это хоть и отвечает интересам общества, но планово-убыточная штучка, а все хотели заниматься тем, где можно доход получить, — отвечает Орзаев.

Фекальный титаник

Додумался Трапезников не только до создания муниципального транспорта.

Есть в 8-м микрорайоне Элисты многоквартирный дом, который местные жители прозвали «титаником», — уже почти 30 лет он тонет в продуктах жизнедеятельности собственных обитателей.

Еще 2 октября Трапезников посетил «титаник», провел на месте совещание с управляющей компанией, после чего, как пишут в республиканских СМИ, «незамедлительно были приняты все необходимые меры».

К концу месяца проблему почти решили, на земле около входа в подвал лежат старые трубы. Пока рабочие в противогазах работают в подвале, начальники беседуют снаружи. «Один колодец был изначально поставлен с контруклоном, а канализация самотечная, и все, что сбрасывалось, не уходило в централизованную канализационную сеть, а копилось годами», — объясняет мне инженер Алексей.

После того как сюда приехал Трапезников, рабочие врезали новый колодец, подключились к сети, демонтировали старые трубы, поставили новые. Почему нельзя было сделать этого на 30 лет раньше, непонятно ни мне, ни инженеру. «Трудно сказать, почему так. Но я хорошо помню бешеный запах в женской консультации в этом доме. Туда ходила моя жена, когда была беременна», — говорит он.

У подъезда за уличным столиком сидят несколько пожилых жительниц дома (все калмычки), которые наперебой рассказывают историю своего дома. Представляются только три — Валентина, Лидия, Татьяна, а говорят все.

— Вот идет ремонт, ребята работают под руководством нового мэра Трапезникова, которому мы хотим сказать спасибо.

— Мы с 91-го года живем и плаваем в своем дерьме. Сколько было управляющих компаний и мэров — они придут, посмотрят, а деньги, которые выделяют, по карманам рассуют.

— 28 лет? Как так может быть? — удивляюсь я.

— Потому что такая бюрократия. Жаловались, кипы бумаг писали!

— Только штрафовали управляющие компании из МинЖКХ, но никто ничего не делал!

— Трапезников ведь не местный…

— Какая разница? Мы ему доверяем!

— Мы судим по его делам! Мы так натерпелись с этим домом, мы рады, что хоть кто-то нас вытащил отсюда.

— Да хоть бы с Америки он приехал!

— Если бы не решил проблему, то мнение иное было бы?

— Конечно, иное, но он конкретное дело делает, а что дальше будет с Калмыкией, не знаем…

— Калмыкам у нас уже ничего не принадлежит! Банки — Ставрополю, магазины — Волгограду, Астрахани, электроэнергия — Ростову.

— Но пришел думающий человек, нормальный.

— Он должен думать, чтобы здесь закрепиться, он должен теперь рвать и метать.

Трапезников говорит, что два раза в неделю ведет длительный прием населения, а потом обязательно выезжает по адресам, «чтобы лично увидеть проблему». «Так вот люди выносят мне подносы с пирожками, говорят, что хотят угостить, потому что раньше к ним никогда лично не приезжали. Они говорят: «Мы видим, как вы начали все менять, и мы вам верим. Не обращайте внимания на митинги, а мы, основная масса, — за вас». Приятно такое слышать — значит, что-то правильно делаем», — рассказывает мэр.

Оппозиционерам угодить сложнее. Дизайнер Эрендженов обвиняет Трапезникова, что тот вместо работы занимается популизмом: «По ходу, Трапезников просто открывает паблик «Доска позора Элиста», где люди жалуются на проблемы, и по этим записям и работает. Вот там написали про «титаник», и он уже там. Надо работать по-нормальному, а человек просто пиарится».

Другая республика

Глава Калмыкии Хасиков познакомился с Трапезниковым еще в 2015 году в «ДНР», куда приезжал по делам. Сам Трапезников рассказывает, что тот привозил спортинвентарь, помог открыть несколько спортивных клубов, давал открытые уроки, проводил форум «Море». Трапезников, отвечавший в «ДНР» в том числе и за спорт, показывал Хасикову и строящиеся дома.

Трапезников рассказывает, что в «ДНР» занимал должность зампреда Совета министров и курировал 8 министерств, в том числе ЖКХ и строительства. «По моей программе была восстановлена масса инженерных сетей, в Харцызске воду раньше включали по часам, а по моей программе стали круглосуточно».

«По моей программе — это мое детище, я детям буду о нем рассказывать — было построено здание на 147 квартир, на которое, знаете, откуда мы денег взяли? Сэкономили! Построив по программе 129 домов, мы ни копейки не дали украсть, чтобы построить его», —

перечисляет свои успехи мэр.

— А говорят, в «ДНР» все разворовывали.

— Может, кто-то и разворовывал, мародеры были, но в строительстве, что я курировал, ничего не украли. Еще была программа по восстановлению домов частного сектора, и мы восстановили не 2 тысячи домов, а больше 3878 домов.

Трапезников внимательно следит за критикой в свой адрес и отдельно отмечает, что, хотя говорят, что он не занимался развитием городов, именно он курировал внутреннюю политику и проводил аппаратные совещания с мэрами городов. «Мы все делали так, чтобы было близко к законодательству РФ», — добавляет он.

Судя по всему, деятельность Трапезникова в «ДНР» произвела на Хасикова впечатление, поэтому он и пригласил его на работу советника. «Я не прятался, находился в кабинете на втором этаже этого же здания, меня все знали, и все было тихо и спокойно, а уже сейчас началось будирование», — рассказывает новый мэр.

— Ошибкой назначение Трапезникова не считаете? — спрашиваю я Берикова.

— Наоборот, я считаю, что это наш плюс, и по истечении какого-то времени мнение [митингующих] о Трапезникове кардинально поменяется.

Бериков также отвергает версию, что Трапезникова навязал Калмыкии помощник президента России Владислав Сурков. «Предложение Дмитрию Викторовичу поработать было в моем присутствии. Когда он докладывал Бату Сергеевичу, то очень впечатлил меня своим профессионализмом, тем, как он четко и как бы глубоко за этот короткий период вник в проблемы города и расписал, что и как, даже на детальных примерах. Бату Сергеевич тоже, я так понимаю, был впечатлен», — рассказал Бериков. Трапезников версию про Суркова считает чушью и редкостным враньем.

Мэр объясняет, что сделал в Элисте анализ ситуации, «посмотрел неангажированным взглядом, что здесь происходит», предложил пути решения и уехал.

«Потом мне позвонил [Хасиков] и сказал взять дело в свои руки. Я сначала отказался, сославшись на свои дела, но потом согласился этот локомотив на рельсы поставить, потому что мы дружим», — объясняет Трапезников.

Хотя журналист Бюрчиев уверен, что Трапезникову в Элисте просто делают российскую биографию, тот несколько раз повторяет, что «пришел сюда не для того, чтобы стартовать в политике, а просто хочет помочь».

— А если аппетит придет во время еды?

— Я за свои слова отвечаю, как я сказал, так и будет. Я хочу уделить внимание семье и свободно пожить — у меня и сейчас есть предложения от коммерческих структур на высокую зарплату. Я многое умею и уже сегодня много сделал.

В качестве доказательства отсутствия долгосрочных планов он показывает на пустой мэрский стол в своем кабинете. Он принципиально не садится в кресло главы администрации, «потому что пришел работать и людям помогать, а не в кресле сидеть». Все документы Трапезников держит на краю стола для совещаний, за которым и работает.

На столе много папок и документов. Трапезников показывает на них и говорит, что, когда пришел на работу, в кабинете не было ни одной бумаги, а шкафы стояли пустыми. «Только журнал не успели уничтожить. Когда открыл его, то волосы дыбом встали. Люди обращались по 5–6 лет, а вопросы не двигались, причем такие плевые, которые решаются за один час», — рассказывает новый мэр Элисты.

Он обещает выровнять бюджет Элисты за один год и, показывая мне новые программы по энергосбережению, по водоснабжению, с оптимизмом говорит, что решить проблемы города можно, и это уже делается.

— С водой, говорят, в городе не очень? — спрашиваю я про тему, которая волнует каждого жителя Элисты, ведь воду из-под крана здесь пить нельзя ни в коем случае.

— С водоснабжением — коллапс! Знаете, что здесь электроэнергия стоит 10 рублей за киловатт! И это когда экономически регион находится в упадке. Разве это мыслимо? Воды нет нигде качественной, но за 4 года мы решим эту проблему. На прошлой неделе мы уже начали вести воду в Аршан (поселок в составе Элисты — прим. «Новой») и в этом году закончим первый этап.

Кружок заговорщиков

На пешеходном переходе между зданиями администрации города и правительством республики каждый свой выходной стоит в одиночном пикете Александр Лот. Это он пришел на встречу к Хасикову с бутылкой и уже стал одним из символов протестного движения. «Я начинающий. Я и раньше следил за политикой, но именно Трапезников стал толчком, чтобы я начал действовать. Когда приехал в Элисту из поселка Цаган Аман, то сначала работал заправщиком на ЛУКОЙЛе, а сейчас делаю ключи в мастерской», — рассказывает мне Лот. Фамилию он сменил, став протестантом, что для Калмыкии не менее необычно, чем одиночный пикет.

Он объясняет, почему решил выйти на улицу: «Я изначально был против того, что заварилось в «ДНР».

Российская власть же против отделения субъектов от России. Почему тогда регион от Украины может отделяться?

Войну в Украине никто нормальный не одобряет, поэтому я был возмущен, когда узнал, что один из бывших главарей «ДНР» назначен у нас главой города, и сказал одноклассникам, что выйду в одиночный пикет».

Он кажется очень положительным, упрямым, но немного наивным человеком. «Я, как правовед, о Путине нормального мнения — я не все поддерживаю, но он укрепил российское государство, убрал ребят с лихих 90-х, теперь нет бандитизма, да и его отношение к калмыкам не считаю плохим. Я считаю, что нам надо оставаться в Российской Федерации, но каждый субъект должен быть силен именно с правовой точки зрения со своими выборными органами. Я вижу силу России в силе регионов», — говорит Лот.

По его мнению, «отпускать на самотек и сидеть на диване неправильно — надо вершить судьбу своего региона и страны самому». «Россияне смотрят на кал

Источник charter97.org

Вверх ↑
Новости Беларуси
© 2019 Мой BY — Информационный портал Беларуси
Новости и события в Беларуси и в мире.
Пресс-центр [email protected]