Новости БеларусиRSS-лента
Информационный портал Беларуси "МойBY" - только самые свежие и самые актуальные белорусские новости

«Так продолжаться не может, белорусы заслужили хорошую жизнь»

24.07.2021 общество
«Так продолжаться не может, белорусы заслужили хорошую жизнь»

История Яны Стасялович, которая получила инвалидность после избиения ОМОНомю

25 марта 2017 года 16-летняя Яна Стасялович гуляла с подругой в парке близ проспекта Независимости в Минске. В тот день через дорогу от них люди собирались на традиционную акцию по случаю Дня Воли — годовщины провозглашения независимости Белорусской Народной Республики. Увидев оцепление и толпу, девушки попытались поскорее уйти в тихое место, но попали под хаотичные задержания. Бойцы ОМОНа не стали разбираться в ситуации и при «упаковке» в автозак несколько раз ударили Яну по голове. Спустя год у девушки-подростка диагностировали эпилепсию. Постоянные внезапные судороги со временем вынудили ее пересесть в инвалидное кресло. В этом году у Яны остановилось сердце. К счастью, врачи смогли «завести» его вновь. Уже несколько лет Стасялович пытается заставить белорусскую систему найти и наказать силовиков, избивших ее во время прогулки «не в том месте». Но пока что обыски почему-то проходят только у нее, а к борьбе против полицейского произвола прибавилась новая цель — победить стереотипы и дискриминацию, сообщает hromadske.ua.

«Старались держаться поближе к милиции»

В марте 2017 года 16-летняя Яна еще ничего не знала ни о протестном движении Беларуси, ни о постоянных стычках с милицией, ни о бело-красно-белой символике, теперь уже попавшей под фактический запрет.

«Гуляли по городу с подругой, услышали странный шум и крики, пошли посмотреть, что происходит. Там было большое скопление людей с различной символикой и флагами. Я не знала, что это все означает, кто эти люди. По другую сторону мы увидели толпу милиции и ОМОНа. Старались держаться подальше от толпы и поближе к милиции, чтобы никто не подумал, что мы участницы этого мероприятия», — вспоминает Стасялович тот день. Через пару минут к ней подбежал боец ОМОНа и потащил ее в сторону автобуса.

Когда Яна спросила, почему ее задерживают, на подмогу силовику пришел его коллега, схватил девушку за волосы и затащил в автобус, где милиционеры несколько раз ударили подростка по голове и в живот. Все эти моменты остались на видео.

Одно из них снял кто-то из очевидцев, второе Яна успела снять сама, положив телефон с включенной камерой в нагрудный карман.

«В отделе милиции меня пытались опросить без родителей, сотрудники не раз угрожали арестом, а то и уголовным делом. Когда мама приехала меня забрать, инспектор начала врать, что я кричала лозунги на площади и размахивала флагом», — говорит Яна.

После избиения Яна неделю проходила с головной болью и тошнотой, затем случился первый приступ эпилепсии.

«Нет-нет, у вас наследственная»

Сперва врачи диагностировали у Яны черепно-мозговую травму (ЧМТ), сотрясение головного мозга и судорожный синдром с тонико-клоническими припадками.

«У меня ушел год на то, чтобы мне наконец поставили диагноз “эпилепсия”, хотя у меня было восемь приступов за год. Заметила такую вещь: когда не говоришь врачу, как получила ЧМТ, то эпилепсия посттравматическая, а когда указываешь на избиение при задержании, то сразу же начинается: “Нет-нет, у вас наследственная”», — рассказывает Яна.

Год на установление диагноза и постоянные судорожные припадки — все эти проблемы сперва не давали девушке заняться отстаиванием своих прав и поиском виновников инцидента. «Первое время мама запрещала мне говорить, что меня побили сотрудники милиции, потому что в Беларуси о таком открыто говорить страшно и опасно», — добавляет Стасялович.

Уже после получения диагноза «эпилепсия» Яна вышла на правозащитную организацию «Весна». «Я даже не знала, что можно подавать заявление в милицию на милицию, но правозащитники мне все объяснили и помогали проходить этот путь», — говорит она.

Через год родители девушки обратились в Следственный комитет Беларуси с заявлением о причинении Яне телесных повреждений сотрудниками МВД. Но следователи не увидели связи между нанесенными Стасялович ударами по голове и эпилепсией. Никто не стал искать виновных.

Юрист «Весны» Павел Сапелко рассказал, что правозащитная организация несколько раз публиковала историю девушки и организовывала процесс обжалования, однако постановление об отказе в возбуждении уголовного дела каждый раз выносилось заново после отмены.

«Последний раз это было уже ближе к лету 2020 года, и, собственно говоря, август 2020-го (когда в Беларуси начались массовые протесты на фоне президентских выборов, — ред.) перечеркнул любого рода надежды на то, что там что-то будет изменено в этих решениях», — говорит Сапелко.

Родители девушки действительно достаточно поздно обратились в СК, однако это не должно было препятствовать полноценному расследованию, отмечает юрист.

На днях Яне пришел уже восьмой отказ в возбуждении уголовного дела. Причем, по ее словам, следователь вынес отказ, не опросив ее дополнительно.

Медицинскую карту Яны со всеми результатами исследований вернули из СК в поликлинику только через 8 месяцев после первого отказа в возбуждении дела. В итоге из документа пропали записи о полученных травмах в 2017 году, результатах КТ и ЭЭГ, а также заключение врача. А позже карту изъяли снова и больше не возвращали.

Остановка сердца

Ночью 7 июля 2021 года у Яны начались приступы эпилепсии, которые сопровождались проблемами с дыханием. Бригада скорой экстренно госпитализировала ее с эпилептическим статусом: это когда припадки следуют один за другим, а в промежутках между ними больной не приходит в сознание.

«Обещали положить меня в обычное отделение, но потом перенаправили в реанимацию, — вспоминает девушка. — Там уже я перестала самостоятельно дышать. Насколько я знаю, было интубирование, и до утра я потом пробыла на кислороде. Приступы не прекращались, и сердце в какой-то момент не выдержало и дало остановку. Но меня достаточно быстро вернули к нормальному ритму».

Муж Яны целый день не мог дозвониться до реаниматолога и самой реанимации, и лишь под конец смены врач соизволил снять трубку, пробурчать «остановка сердца» и сбросить вызов.

«Муж меня нашел в другой больнице. Тому реаниматологу позвонили и спросили, зачем он дезинформировал родственников. И тут все, как в анекдоте “ответ убил”: “Я думал, он спрашивает про события ночью, и сказал, что было. Вообще я торопился, и у меня не было времени разговаривать”».

За четыре года Яна, по ее словам, побывала у всех эпилептологов Беларуси. Окончательный диагноз — «фармакорезистентная эпилепсия». Это означает, что никакие препараты не помогут в лечении болезни.

«На данный момент у меня шесть-семь приступов в неделю, а когда проблемы со сном и я много испытываю стресса, то и больше десяти», — рассказывает Яна.

Инвалидное кресло

В 2019 году Яна впервые столкнулась с парапарезом Тодда — временным побочным явлением после приступа эпилепсии. Каждый раз на восстановление требуется несколько дней. Но у девушки приступы происходили так часто, что из-за сильной слабости в 2020 году ей пришлось начать передвигаться на инвалидной коляске:

«По дому я передвигаюсь без коляски, и когда с приступами становится легче, то могу с тростью дойти до магазина. В Минске доступная среда только в центре, довольно тяжело передвигаться в коляске, когда то и дело попадается дорога просто в ужаснейшем состоянии, высокие бордюры и пандусы под наклоном “в 90 градусов”».

Помимо эпилепсии, Яна страдает синдромом Туретта — генетическим заболеванием, проявляющемся тиками. Оно передалось девушке по наследству.

«Внучка скоро добегается»

После избиения на митинге силовики пришли в квартиру Яны в ее отсутствие и без понятых провели обыск в связи с «проверкой на суицидальные наклонности», изъяли политические и философские труды, книги о различных субкультурных движениях.

В тот же день Яне позвонил инспектор по делам несовершеннолетних и вызвал в школу на беседу. В кабинете директора у девушки вырвали из рук телефон под предлогом «изъятия» и предупредили: «Если будешь сопротивляться, мы поедем в РУВД, где с тобой уже будут по-другому разговаривать».

«Во время опроса на предмет суицидальных мыслей были вопросы о задержании 25 марта, избиении, кто мои друзья в Минске и чем занимаются, кто мне пишет письма из России и Украины. В тему был вопрос только о том, состою ли я в группах по типу “Синий кит”, а остальные вопросы были о политических взглядах», — вспоминает Яна.

После попыток Яны добиться возбуждения уголовного дела против омоновцев кто-то взламывал ее страницы в соцсетях и оставлял номер в группах для интимных знакомств. Сама девушка уверена, что за взломами стоят оперативники управления по борьбе с организованной преступностью. Похожие атаки оперативникам приписывают и активисты периода 2010-х годов, и задержанные после массовых протестов летом 2020 года.

«В своих телеграм-каналах они распространяют клевету обо мне. Якобы я веду половую жизнь с 14 лет, я анархистка, живу на флэтах... Много всяких неприятных и лживых вещей, — говорит Яна. — В 2019 году был звонок с неизвестного номера, и тогда мне сказали: “Сваливай из страны, иначе тебе *** [конец], ты поняла?!”»

В марте 2020 года на телеканале «Белсат» вышло интервью с Яной. Через пару часов после этого по адресу ее прописки пришли силовики и заявили ее матери, что забирают Яну в психиатрическую больницу, рассказывает девушка.

«В 2020 году моей бабушке писали на вайбер с иностранных номеров: “Ваша внучка скоро добегается”. Ей поступали звонки с угрозами завести на меня уголовное дело», — продолжает Стасялович.

Яна считает, что так силовики не только мстят ей, но и пытаются надавить, чтобы она отказалась от общения со знакомыми-анархистами.

«Страшно ощущать себя слабой физически»

Несмотря на угрозы, Яна активна в соцсетях: ей нравится рассуждать о феминизме, рассказывать о нюансах жизни с заболеваниями и показывать, с какими проблемами сталкиваются люди на инвалидных колясках в Беларуси.

«Я знаю множество ребят с ограниченными возможностями, которые живут полноценной и самостоятельной жизнью, заводят отношения, семью или же преуспевают в чем-то — например, в искусстве, музыке, спорте. Многим кажется, что инвалид — это обязательно человек, которого нужно с ложечки кормить. Но я никогда не замечала каких-то отличий. Разве что сложности в передвижении из-за недоступной среды и запредельных цен на хорошие коляски».

Она получает от подписчиков слова благодарности, так как посты помогают людям принять себя.

«Если я хочу максимально подробно показать, как живут люди с инвалидностью, то нужно показывать и отношение людей к таким, как я. Страшно ощущать себя слабой физически, пусть многие и пишут про моральную стойкость и выдержку».

Впрочем, Яна часто получает и унизительные комментарии и сообщения о ее личной жизни, порой с угрозами. Но она считает, что никакой негатив не перевесит добрые поступки. С силовиками уничижительные сообщения она не связывает: «Было бы ну очень смешно и странно».

С мужем Яна познакомилась через общих друзей. Тогда она могла передвигаться с тростью: уставала быстро, но ходила сама. Затем девушка полностью пересела в коляску, но муж только похвалил ее за то, что она наконец-то перестала делать себе хуже, мучая организм попытками передвигаться самостоятельно.

«Так продолжаться не может, белорусы заслужили хорошую жизнь»

Еще в 2017 году 16-летняя Яна ничего не знала о политике в Беларуси. Но случайное попадание на митинг резко изменило всю ее жизнь. Сейчас она считает, что оставаться аполитичным человеком больше невозможно:

«В 2017 году я не знала даже о том, что такое бело-красно-белый флаг. Но постепенно узнавала все больше о несправедливости, и 2020-й кардинально поменял мою гражданскую позицию: так продолжаться не может, белорусы заслужили хорошую жизнь. Произошло слишком много ужасных вещей, чтобы продолжать оставаться в стороне».

Источник charter97.org



Вверх ↑
Новости Беларуси
© 2009 - 2021 Мой BY — Информационный портал Беларуси
Новости и события в Беларуси и в мире.
Пресс-центр [email protected]